217. Дневники Анны Серёгиной (Шушкевич), 1971 год. ОЛЬГА ГОТОВА СЪЕСТЬ МЕНЯ ИЗ-ЗА НЕГО

Сведения об авторе смотреть здесь.

(Продолжение. Начало смотреть здесь.)

 (Фрагмент дневника публикуется впервые, поскольку изначально был пропущен по причине лени составителя).

 13 января 1971 года. Среда. Всё было точно так, как я и предполагала. Ольга Богданович и Галя Тарасевич уехали в Лепель вместе с мальчишками. Витька и Коля Зм. тоже ехали на нашем автобусе. Вот уж радости было Ольге, когда увидела, что едет вместе с ним.

 В школе сегодня нас было 12 человек. Трое мальчишек всего лишь, остальные – девчонки.

 Меня вызвали отвечать на уроках белорусской литературы и геометрии.

 Всего было 5 уроков. Я осталась ждать автобус, не хотелось идти домой пешком, да и его хотела увидеть. Он должен был возвращаться домой на автобусе. Да, он ехал, но я уже на него не смотрела, когда он выходил из автобуса. Да и он, наверное, не смотрел на меня.

 Ох, как дальше быть? Что делать? Было бы спокойнее, если бы его любила только я одна. Но ведь он, по-моему, самый красивый в нашем классе и сам того не понимает. Или совсем не хочет дружить с девчонками. Может быть, ему нравится Волкова Галя из 9-го класса, недаром ведь он на каникулах приходил к Мишке Волкову в Поташню.

 14 января 1971 года. Четверг. У меня весь день неплохое настроение. Может быть, даже потому, что сегодня мы постоянно шутили с ними.

 На втором уроке его вызвали к доске. Ему что-то надо было вычислить по астрономии. Возле доски он стоял долго, минут 20. Всё время с него не сводила глаз Ольга Богданович. Но мне кажется, что он не взглянул в её сторону ни разу. Я читала книгу, но временами поднимала глаза на него. Мы несколько раз встречались взглядами и улыбались друг другу. И сегодня я весь день с ними веселилась. Они тоже то столы наши обменяют, то стулья наши шевелят, то бумагу нам под ноги подбросят. Ольга Богданович всегда смотрела на нас с улыбкой, но улыбка у неё не очень весёлая.

 Вчера все наши мальчишки сфотографировались. А завтра всем им надо забирать фотографии. А я завтра должна ехать в Лепель. Мне отдали 3 квитанции. Чтобы я забрала фотографии. Так вот, я решила, что у каждого заберу одну фотографию для себя. У меня будут фотографии Коли Змитрочёнка, Витьки Пытько, Витьки Мякинчика, Сергея Хейдорова, Миши Богдановича. Да завтра, как говорили мне, дадут ещё несколько квитанций.

 Вот какие у меня дела. Но завтра я ещё буду на двух уроках. Вечером, в 19 часов, в Гадивлянской школе – фильм. Надо выучить уроки.

 Только что пришла из кино. Немного посидели с Ниной, а когда она ушла, я стала вести дневник.

 Фильм интересный. Хотя мне и не очень понравился. Фильм вышел сразу после войны, а я люблю фильмы современные, да ещё, если они о моих сверстниках.

 Сегодня получила от Вовки письмо. Вот мы и начали с ним переписку.

 Сейчас, может быть, отвечу ему на моё письмо. Сегодня, когда я его получила, все очень удивились. Мне пришло письмо без марки, а это значит, что оно – «солдатское». Ведь не все знают, что оно – от Вовки. Витька и Мишка даже подсматривали, когда я читала это письмо. Витька даже привстал за моей спиной, прочитывая его. Но я им, конечно, призналась, что письмо от Вовки.

 18 января 1971 года. Понедельник. В субботу вечером я привезла к себе Валю Гридюшко.

 Вечером вчетвером пошли на танцы, но продолжались они недолго, все вместе смотрели передачу по телевизору «Алло, мы ищем таланты». Около 12 ночи, кажется, уже были дома. Долго с Валей не спали, разговор вели обо всём.

 А в воскресенье весь день просидели, шутя и дурачась. За уроки почти не брались. Уснули опять уже в первом часу ночи.

 Сегодня меня ни на одном уроке не вызывали отвечать. Сегодня, как всегда, веселились с Мишкой и Витькой. На уроках русской литературы обменивались записками. Вернее, писали только я и Витька, а Мишка и Валя читали их. Витька отдавал записку мне в руки. О, какими глазами глядела на меня Ольга! Она смотрела жалобно, даже с какой-то болью, как мне кажется, но мне её совсем не жалко. Уверена, что она пустит обо мне и Витьке какие-нибудь грязные сплетни.

 Сегодня Коля Гридюшко прислал мне записку, и в ней объяснялся в любви. О боже, я едва со смеху не умерла. Тоже кавалер мне нашёлся. К сожалению, мне не удалось сохранить его записки. Вовка Пшенко стал отнимать их у меня, и я их порвала.

 В субботу девчата собираются устроить школьный вечер. Да, мне тоже хочется, чтобы он состоялся. И чтобы на нём был Витька. Я бы пригласила танцевать Сашу Мельникова или его.

 Да, Сегодня Саша Мельников пришёл первый раз в школу после каникул. Сегодня он был очень красивым, кажется, повзрослел. О, я уже боюсь, что могу влюбиться в него. Но нет, конечно, такого не будет.

 Чудо, когда мы посмеёмся с Витькой, подурачимся, поговорим, мне становится легче. И на душе весело. Но мне кажется, что уже кое-кто начинает догадываться, что я неравнодушна к нему. В первую очередь, конечно, Витька Пытько.

 19 января 1971 года. Вторник. Уроки сегодня прошли быстро. Я заработала две четвёрки: по алгебре и истории. На физкультуру не пошла. Демьянович поставил двойку. Ну и чёрт с ним, он поставил двойку не только мне, но ещё двоим.

 На уроке физики писали лабораторную работу. Работу эту мы выполняли впятером: Валя Гридюшко, Хейдоров, Володя Пшенко, я, Витька Мякинчик. Мы сидели с ним напротив друг друга, всё время шутили. Ох, наверное, Ольга готова съесть меня из-за него. Работу наша группа за урок не успела выполнить, заканчивали её после уроков. Ольга Богданович стояла возле нас и торопила, чтобы мы поскорее всё завершили, ей предстояло дежурить по классу.

 Я говорила насчёт вечера с девчонками. Они сразу же непонятно почему стали отказываться от участия в вечере. Не хотят, чтобы был вечер. Да, скорее всего, вечера не будет.

 После уроков в классе остались все те, кому надо было добираться домой на автобусе. Витька Пытько меня снова дразнит Мякинчиком. Уж год, как я его ненавижу в такие минуты! Кажется, он такой противный, что хуже его никого нет.

 Витька Мякинчик был на остановке вместе с нашими мальчишками. Был на коньках, но не катался, а всё время стоял на одном месте. Но я смотрела на него лишь изредка. Странно, когда мы с ним реже разговариваем, шутим, мне всё время хочется, чтобы он был перед моими глазами. А сейчас, когда нет такой перемены, нет такого урока, чтобы мы  с ними не разговаривали, мне уже достаточно и этого. Меня, например, ни капельки не удивляет, почему он так смотрит на меня, когда я стою у печки во время перемены. Я стою, а он, сидя за своим столом, бросает взгляд на меня. Почти каждый раз он встречается со мной взглядом, но теперь уж я совсем не смущаюсь от этого.

 Ольга Богданович ни разу со мной не разговаривала после того нашего с Ниной выдуманного рассказа. Неужели она и правда не разговаривает со мной из-за него? Если из-за него, то что это значит? Неужели бы я не разговаривала с девчонкой из-за мальчишки? Нет, я бы так не делала никогда.

 20 января 1971 года. Среда. Снова говорят о школьном вечере. Возможно, он состоится. Я хочу, чтобы он был.

 Витька и Мишка ушли сегодня после 4-х уроков. На большой перемене они вдвоём стояли на улице и хотели попасть в меня снежками. Но мне удалось перехитрить их, я заходила в школу вместе с Надеждой Андреевной.

 После уроков в клубе для школьников шёл фильм, неинтересный.

 Людей было совсем мало. Его тоже, конечно не было.

 Сегодня Ольга заговорила со мной в первый раз, и то только по поводу школьного вечера. Она тоже хочет, чтобы вечер состоялся. Но вот наши девчонки никак не могут дать согласие участвовать в концерте, а ведь из нашего класса надо дать совсем мало художественных номеров, всего лишь 5, но вот девчонки не соглашаются на это.

 А мне сейчас хочется, чтобы вечера были почаще. Пусть даже меня никто не пригласит танцевать, не проводит домой. Всё равно я хочу, чтобы школьных вечеров было побольше, и были они повеселее.

 22 января 1971 года. Пятница. Вчера не подготовилась ни к одному уроку. Пошла в школу в кино. Было два фильма: «Обвиняются в убийстве» и «Каир 30-х годов».

 Фильмы были очень интересными.

 Сороко Лёшка стал со мной ругаться в кино. Снова дразнил меня Сашкой. Рассказал, что на новогоднем вечере подцепил Сашку Мельникова, намекнув ему вскользь обо мне. Тогда Сашка прижал его в углу и предупредил, если он хоть кому-нибудь скажет обо мне хоть слово, Сашка его убьёт. Вот как.

 А сегодня на уроке физкультуры играли в снежки всем классом. Было очень весело.

 После уроков остались на репетицию к вечеру. Завтра будет вечер. Таня Волкова похвасталась, что она гадала и получила предсказание, что с вечера её пойдёт провожать Витька Мякинчик. Что ж, может, будет и так. Если он пойдёт кого-нибудь провожать, я больше с ним ни веселиться, ни шутить не буду. Не будет ничего.

 23 января 1971 года. Суббота. Да, всё повернулось так, как никто не ожидал. Оказывается, вечера не будет. Мы все его так ждали. И вот вечер отменили. Виноват больше всех в том Баранов.

 Сегодня день для меня был невезучим. Вчера я даже не заглянула ни в один учебник, сегодня утром только поменяла учебники. А утром, на первом уроке, русской литературе, попросила у Володи Пшенко тетрадь по алгебре. Он сразу мне её отдал. Я принялась списывать. Ядвига увидела, подошла ко мне, схватила тетради и со всей силы швырнула их к доске, правда, потом сама подошла туда и собрала разбросанное.

 Подняла меня отвечать. Я не захотела отвечать, и она поставила мне двойку.

 На уроке алгебры Тамара Петровна тоже мне поставила двойку. За списывание. Володька смалодушничал, сказав, что не знает, как его тетрадь попала ко мне. Я ещё взвалила вину на себя, заявив, что сама у него взяла тетрадь.

 Итого, две двойки. Сегодня у меня за всё время учёбы было впервые такое плохое настроение. Не хотелось ни с кем ни шутить, ни разговаривать. А потом, когда сообщили ещё, что не будет вечера, я совсем упала духом.

 После занятий мы пошли в кино в клуб. Фильм шёл «Сказка о царе Солтане».

 Мы разместились на сцене клуба. В кино пришёл Витька. Прошёл вперёд и уселся под самым экраном. До начала фильма мальчишки стали играть то ли в шашки, то ли в шахматы. Вначале я смотрела на него, а он на меня. А потом я о нём забыла, начав разговор с девчонками. А после мне Нина сказала, что он почти постоянно смотрел на сцену и на нас во время своей игры. Теперь я уж и не знаю, что подумать. Может, ему Ольга Гордеева нравится, она ведь сидела рядом со мной.

 Но ведь между ними никогда ничего не было, они не разговаривали даже друг с другом никогда.

 Ох, Витька! Может, из-за тебя мне не везёт во всём, может, потому я и учусь не в меру своих возможностей.

Январь-1971.